Оскар лениво покрутил бокал, наблюдая, как янтарная жидкость облизывает стеклянные стенки. Город внизу жил своей жизнью — неоновые огни вспыхивали, машины скользили по дорогам, а тысячи людей даже не подозревали, что наверху, на вершине этой стеклянной башни, кто-то размышляет о свободном падении.
-Интересно если я прыгну сколько лететь буду.
— Наверное, секунд пятнадцать… — пробормотал он себе под нос, прикидывая высоту.
Но он знал, что не сделает этого. Не из страха перед смертью — скорее, из-за осознания, что он просто выдержит падение. И что потом? Очнуться среди обломков, изуродованный, но живой? Еще одна бессмысленная проверка границ своей неуязвимости, еще одна попытка убедиться, что в нем осталось хоть что-то человеческое?
Оскар прижался лбом к холодному стеклу, ощущая, как внутренняя тоска и алкоголь размывают границы реальности.
Выйдя на балкон, Оскар сразу почувствовал, как зимний холод обжег кожу. Свежий воздух пробрался под распахнутый халат, заставив его невольно вздохнуть глубже. Это немного отрезвило, прояснило мысли, но не развеяло тяжесть внутри.
— Наверное, стоит прогуляться… Рождество всё-таки, — пробормотал он, глядя на городские огни. — Купить подарки…
Но тут же осёкся. Кому?
Его взгляд скользнул по безмолвным фигурам андроидов-прислуги, застывших в ожидании команд. Они бы приняли подарок, если бы он им его вручил. Поблагодарили бы. Возможно, даже с идеально отрепетированной теплотой в голосе. Но это было бы так же пусто, как всё остальное.
Оскар тяжело вздохнул, отставил недопитый бокал на перила и развернулся. Может, хотя бы горячий душ смоет это мерзкое ощущение праздника, в котором ему нечего праздновать.
Горячие капли стекали по обнажённому телу, согревая кожу и постепенно вытесняя остатки хмельной апатии. Оскар прикрыл глаза, позволяя воде смывать не только напряжение, но и навязчивые мысли, которые преследовали его всю неделю.
Может, это и было единственным настоящим очищением — не для тела, а для разума. Постепенно в голове начали выстраиваться планы на день. Пожалуй, прогулка и правда не такая уж плохая идея.
В дверном проёме появилась андроид-служанка, бесшумно ступая по полу. В её руках поблёскивал экран телефона.
— Вам звонит мэр, — ровным голосом сообщила она. — Срочный разговор.
Оскар медленно открыл глаза, позволяя воде ещё несколько секунд стекать по лицу. Он не удивился. Власти Детройта обращались к нему только тогда, когда ситуация выходила из-под контроля.
— Конечно, — хмыкнул он, протягивая руку за телефоном. — У них всегда всё срочно.
Оскар с раздражением провёл рукой по мокрым волосам, бросив быстрый взгляд на андроида. В глубине души ему не хотелось отвечать — слишком ранний час, слишком ледяная пустота внутри, чтобы сейчас разбираться с чьими-то проблемами.
Но он взял телефон, сделав глубокий вдох.
— Слушаю, — произнёс он ровным голосом, тщательно скрывая раздражение.
— Господин Камски, у нас ЧП, — раздался в трубке напряжённый голос мэра, едва больше чем шёпот. — Тут такое… Вы новости не видели?
Оскар закатил глаза, вытирая капли воды с лица.
— Что именно вы хотите сказать по существу, уважаемый мэр? — холодно бросил он, выходя из душа.
Он не любил, когда тянули время бесполезными вступлениями. Если уж случилось нечто важное, пусть выскажутся сразу.
Оскар замер, сжимая телефон крепче.
— Повторите, — голос его остался спокойным, но в нем появилась ледяная нотка.
— У нас на площади… — мэр снова запнулся. — Инсталляция. Из андроидов… и частей человеческих тел.
Оскар молчал несколько секунд, вглядываясь в собственное отражение в запотевшем зеркале. Он ожидал чего-то странного, но не этого.
— Подъезжайте в полицейский участок, — продолжил мэр. — Нам нужна ваша помощь.
Оскар выдохнул, стряхнув воду с рук.
— Дайте мне двадцать минут, — сухо ответил он и сбросил вызов.
Что, чёрт побери, в этом городе происходит?— с отвращением подумал Оскар, вытирая мокрые волосы. Гадкий, прогнивший Детройт.
Андроид-служанка бесшумно подошла, поднося два идеально выглаженных костюма.
— Нет, — отмахнулся Оскар. — Сегодня давай что-то неофициальное.
Андроид кивнула, мгновенно сменив наряд: простые тёмные джинсы, чёрная кофта и удобные кроссовки. Он молча принял одежду, натягивая кофту поверх всё ещё тёплого от душа тела.
Город ждал. И явно не с хорошими новостями.
Оскар закрыл дверцу автомобиля, чувствуя, как холодный металл слегка отдаёт холодом. Он ввёл в систему автопилота адрес полицейского участка и откинулся на сиденье. Машина мягко завурчала, и, несмотря на пустоту внутри, он почувствовал, как её движения убаюкивают его нервную систему, словно шепот в ночи.
Улица проплывала за окном, свет неоновых вывесок мерцал, как неуловимые воспоминания, а в голове всё больше крутился вопрос: что могло побудить мэра позвонить именно ему?
На этот раз ему предстояло столкнуться с чем-то действительно странным.
Когда двери полицейского участка распахнулись перед ним, Оскар шагнул внутрь, не проявив ни малейшего волнения. Слишком много всего он видел, чтобы его что-то удивило. Внешне спокойный, он направился к стойке ресепшн.
Девушка, сидевшая за ней, подняла глаза и тут же замерла, заметив его. Легкое замешательство быстро сменилось профессиональным спокойствием, но она не смогла скрыть лёгкой растерянности, узнав его.
Оскар раздражённо показал удостоверение, почти не удостоив её вниманием.
— На третьем этаже, офис 325, — произнесла она, стараясь вернуть прежнюю уверенность в голосе.
Он кивнул и без слов направился к лифту, оставляя за собой атмосферу лёгкого недоумения.
Оскар вошел в кабинет, его взгляд скользнул по обстановке. Он быстро оценил пространство — строгие линии, официозные детали, но ничто не выдавало, что здесь творится что-то действительно важное.
— Да уж, неужели опять денег будут просить? — с едва заметной ухмылкой пробормотал он, опускаясь в кресло во главе стола. Его тон был таким же холодным и циничным, как и всегда, а внутри не было ни малейшего намека на беспокойство.
Он огляделся, его глаза остановились на зеркальной поверхности, отражающей его самого. Протянув руку, Оскар слегка помахал отражению, как бы давая понять, что всё, что происходит здесь, его не пугает.